Сайт Инвестора и Спекулянта «BuLL and BeaR»
[ Главная ]  [ Биографии ]  [ Статьи ]  [ Библиотека ]  [ Форум ]  [ Карта сайта ] 
Рассылки Subscribe.Ru
Рассылка "Новости сайта Инвестора и Спекулянта"
Новости сайта
Инвестора и Спекулянта

Инвестор с Уолл-стрита
Дж. Пол Гетти

1 2 3 4 5 | стр.4

   Чтобы достичь хоть какого-то понимания этого краха, полезно сначала быстро проследить движение рынка за предшествующие 12 лет. Самый легкий способ сделать это - проследить индекс Доу-Джонса для акций промышленных компаний.
   На минимуме 1950 года индекс Доу-Джонса для акций промышленных компаний стоял на 161.60. К концу 1952 года он поднялся к 293.79, понизился до 255.49 в середине 1953 года, затем ровно карабкался до 521.04 в 1956 году и от этого уровня дрейфовал вниз примерно к 420 в конце 1957 года.
   От 420 в 1957 году индекс Доу-Джонса поднялся значительно выше 650 в 1959 году, совершил ряд зигзагов вверх и вниз и в конце 1960 года достиг минимума на 566.05. От этой базы он взмыл к тогдашнему историческому пику 734.91 в декабре 1961 года.
   По мере того, как в течение 1961 года рынок двигался вверх, некоторые ветераны Уолл-стрита вспомнили часто цитировавшуюся накануне краха 1929 года поговорку, что фондовый рынок учитывает не только будущее, но и то, что будет после него.
   Много лет назад отношение цены акции к прибыли на акцию было широко - хотя и неофициально - принято как надежный важный индикатор стоимости акции. "Десятикратный коэффициент цена/прибыль" долго рассматривался максимально допустимой ценой, которую можно было заплатить за акцию и все еще разумно рассчитывать сделать прибыль.
   Затем, в конце 20-х годов, Джон Дж. Раскоб из GM-Du Pont - чьи прогнозы расценивались как весьма бычьи - выдвинул мнение, что некоторые акции могли бы стоить в целых 15 раз дороже своей прибыли на акцию. После краха 1929 года эти коэффициенты были, конечно, гораздо ниже, и даже уже в 1950 году коэффициенты цена/прибыль акций, образовывавших индустриальный индекс Доу-Джонса, в среднем составляли примерно 6:1.
   В последние годы взгляды на коэффициент цена/прибыль подверглись значительному пересмотру. Некоторые хорошо осведомленные инвесторы допустили, что в быстрорасцветающей экономике акции особенно здоровых компаний могли бы разумно продаваться по цене, в целых 20 раз превышающей их прибыль на акцию. Другие профессиональные инвесторы убедительно возражали, что, когда здоровые компании имеют реальные активы с чистой заместительной или ликвидационной стоимостью, в пересчете на акцию превышающие цены в расчете на акцию, важность коэффициента цена/прибыль логически утрачивает значение.
   Но немногие опытные инвесторы одобряли ситуации, развивавшиеся в 1960-1962 гг., когда бешеная покупка загнала цены столь высоко, что некоторые выпуски продавались по ценам, в более чем 100 раз превышавшим их прибыль на акцию. Во многих случаях в течение периода 1960-1962 гг. за акции компаний с незначительными активами и сомнительным потенциалом - и в течение значительного времени не показывавшими особой прибыли - уплачивались ошеломляющие цены.
   Предполагается, что бум, начавшийся в 1960 году, инициирован людьми, покупавшими акции как страховку от инфляции. Если это было бы правдой, безумная инфляция цен некоторых обыкновенных акций была чрезвычайно необычным способом решения этой проблемы. Но теория хеджа кажется даже еще менее справедливой, если вспомнить, что покупатели последовательно игнорировали многие прекрасные акции, недооцененные по любым стандартам измерения. Они (покупатели) концентрировались на некоторых выпусках, продолжая покупать их после того, как их цены подскочили так высоко, что пропали из вида. Все свидетельства склоняют наблюдателя к мысли, что большая масса непрофессиональных покупателей повиновалась своего рода стадному инстинкту, следуя за толпой, расхватывая популярные акции, не обращая особого внимания на факты. Многие люди осуществляли свое инвестиционное мышление - если это можно так назвать - своими чувствами, а не головой. Они ожидали молниеносного роста от акций, уже оцененных выше предельных границ любых уровней подлинной стоимости, до которых они могли дорасти в обозримом будущем.
   Именно старый Уолл-стрит следил, чтобы фондовый рынок всегда находил причину того, что он делает - после того, как он это сделает. Выдвигались неисчислимые теории, объясняющие обвал рынка 28 мая 1962 года. Вина возлагалась на все: от "волн продаж иностранными спекулянтами" до реакции администрации Кеннеди на прекращение повышения цен в сталелитейной промышленности - фактически на все, кроме наиболее очевидных причин.
   Факторы, приводящие к финансовой панике, многочисленны и разнообразны. Например, в 1869 году причиной была попытка корнера на золоте. В 1873 и 1907 гг. неприятности начались с банкротств банков. В 1929 году значительно переоценили фондовый рынок. Общее состояние американского бизнеса и скорость экономического развития Америки были таковы, что не могли оправдать сколь-нибудь существенной покупки акций, вознесшей цены к высоким пикам, с которых они неизбежно должны были упасть.
   Несмотря на все усилия, потраченные, чтобы провести близкую параллель между крахом 1929 года и обвалом цен 1962 года, эти два явления не имеют практически ничего общего.
   Действительно, некоторые сегменты фондового рынка были в 1960-1962 гг. чрезвычайно переоценены; слишком многие акции оценивались слишком высоко. Но экономический прогноз страны в 1962 году был в общем-то хороший, и экономика расширялась весьма бодро. Не было никаких скрытых, глубинных структурных проблем в экономике, как это имело место в 1929 году.

1 2 3 4 5 | стр.4
234x100 - Рекламное место сдается
234x120 - Рекламное место сдается
Поиск по сайту:


Copyright © 2003 - 2005

Вся информация, размещенная на данном веб-сайте, предназначена только для персонального использования и не подлежит дальнейшему воспроизведению и/или распространению в какой-либо форме,
иначе как с разрешения администрации сайта.


Финансы TopCTO Финансы Rambler's Top100